 |
Данному документу, сегодня была посвящена конференция, прошедшая в гостинице «Тбилиси Мариотт». С докладом выступили авторы документа, экономисты - Давид Нармания и Кетеван Лапачи. Были обсуждены факторы, препятствующие развитию бизнеса, а также отраслевое регулирование и конкуренция. Авторы представили свои взгляды, в связи с последующим развитием каждого направления.
Авторы документа считают, что в бизнес среде накопилось множество проблем: на низком уровне развитие мелкого и среднего бизнеса; количество трудоустроенных в бизнес среде граждан, в течение последних 10 лет, не возрастало; огорчительной традицией стал низкий уровень развития местного производства и высокая зависимость от импорта; неадекватные реформы властей, с целью улучшения бизнес среды и высокие банковские ставки на кредиты, значительно препятствуют развитию бизнеса; частые законодательные изменения и неустойчивая налоговая система, значительно мешают развитию бизнес, а постоянные изменения вызывают необоснованное штрафование предпринимателей; на рынке существуют монополии и олигополии, что в условиях искусственно установленных высоких цен, наносит значительный вред населению; закон «О свободной торговле и конкуренции» содержит множество несоответствий; в индексе глобальной конкурентности 2012 года, Грузия занимает 128-ое место среди 142 стран, в плане конкурентной среды местного рынка, а в плане эффективности антимонопольной политики - 135-ое место; не существует и минимальных гарантий защиты собственности. В этом плане, Грузия находится на 120-ом месте, среди 142 стран.
По заявлению авторов, в сегодняшней Грузии, роль конкурентной политики, в процессе экономических реформ, полностью проигнорирована. Действующий закон «О свободной торговле и конкуренции», в отличие от аналогичных законов других стран, не распространяется на такие формы практики ограничения бизнеса, как антиконкурентные соглашения, монопольная деятельность, концентрация рыночной власти. Антимонопольный орган Грузии - агентство свободной торговли и конкуренции, несмотря на осуществленную по требованию ЕС институциональную реформу, существует только номинально и фактически бездействует.
